Октябрьская революция. Заседание советов

Вечером 25 октября Ленин, наконец убедившись, что руководство восстанием находится в надежных руках, позволил себе уйти из Смольного. После полуночи сопротивление обороны зимнего было сломлено, его падение было предрешено. На следующий день руководителю большевиков предстояло создавать не новые лозунги, а правительственные декреты. Раньше большевики резко критиковали Керенского, теперь же новое правительство должно было предложить народу совсем другую политику. Но вначале Ленину, практически не спавшему, надо бьшо отдохнуть. БончБруевич пригласил его к себе на квартиру, находившуюся неподалеку (вежливо намекнув, что парик больше не нужен). В сопровождении охраны Ленин отправился к Бонч-Бруевичу. Смертельно уставший, он задремал в автомобиле. Дома Бонч-Бруевич уступил товарищу по партии свою кровать, улегшись на диване в гостиной. Но Ленин никак не мог уснуть. Когд Бонч Бруевич провалился в сон, он тихо прокрался в гостиную сел к столу и начал работать над текстом декретов, которые предстояло огласить с трибуны съезда Советов 26 октября. Ленин работал с огромным подъемом, не замечая страшно, усталости. Ведь он служил великому делу. Но у него был и еще один, не столь возвышенный повод для усердной работы. 21 октября на заседании ЦК (на котором Ленин по решению товарищей отсутствовал) было решено просить Ленина подготовить тезисы к съезду Советов, но он до сих пор не написал ни строки, опасаясь, что восстание не произойдет. Возможно, Ленин даже подозревал товарищей из ЦК, что они специально хотят нагрузить его работой, чтобы он не выходил из квартиры Фофановой. Теперь же он мог выполнить просьбу товарищей. К утру тезисы в основном были готовы.

«Декрет о мире» и «Декрет о земле» сыграли огромную роль в истории двадцатого столетия. Ленин осознавал, что создает документы исторической важности. Ему предстояло не только объявить о социалистической революции и новом правительстве и предложить новую стратегию государственной политики, полностью противоположной той, что была при Николае II, княз Львове и Александре Керенском. Власть в России должна быть основана на совершенно иных принципах, чем ранее, и принципы новой власти следовало как можно скорее представить делегатам съезда Советов. Позже, передавая Бонч-Бруевичу тексты декретов для публикации в виде брошюр, Ленин попросит; его по дороге зайти в книжный магазин Сытина на Невском проспекте и купить на распродаже оставшиеся экземпляры отрывных календарей на 1917 год.

В ответ на недоуменный вопрос Ленин пояснит, что рабочим и солдатам не хватает бумаг " для папирос, и они простонапросто пустят на раскурку розданные им тексты декретов. Ленин планировал раздавать старые календари сторонникам партии большевиков — на курево, чтобы первые декреты Советской власти использовались исключительно по их прямому политическому назначению.

Утром следующего дня Бонч Бруевич и Ленин, так и не отдохнув как следует, отправились в Смольный. Ленин приветствовал встречных, поздравляя их с рождением социалистической революции. Анатолий Луначарский зачитал перед делегатами съезда; составленный Лениным текст манифеста. Уже в Смольном Ленин продолжил работу над текстом «Декрета о мире», «Декрета о земле» и резолюцией об образовании рабочекрестьянского правительства, прерывая работу для того, чтобы встретиться с юлегатами съезда и товарищами из ЦК. Большевики обратились к левым эсерам с призывом войти в правительственную коалицию, но те отказались. Ленин, таким образом, без особого тру аа получил возможность сформировать однопартийное правительство. В девять часов вечера под грохот аплодисментов он наконец появился на трибуне съезда. К этому времени уже было решено, что он должен возглавить новое правительство — стать председателем Совета Народных Комиссаров (Совнаркома).

Заседание съезда Советов продолжалось в ночь с 26 на 27 октября. Вместе с Владимиром БончБруевичем, Львом Троцким и Владимиром Милютиным Ленин продолжал работу над правительственными документами. Он написал текст проекта «Декрета о рабочем контроле», опубликованного позже, а также «Декрета о печати», принятого и опубликованного 27 октября. Ленинские декреты — чистейшее выражение ленинских планов. Ленин заявил, что возглавляемое им правительство не будет похоже ни на одно из существовавших в мировой истории. Народ должен знать обо всех внутренних правительственных дискуссиях, а обсуждение и принятие решений должно проходить в обстановке полной гласности.

В речах, произнесенных в эти дни, Ленин ни разу не упомянул о марксизме, а о социализме говорил лишь очень бегло. Не заявлял он и о том, что ставит ближайшей целью установление классовой диктатуры, а стратегической целью — создание коммунистического, бесклассового общества, описанного в «Государстве и революции».

Ленин не торопился открывать карты, будучи главой партии, он хотел показать большевизм как можно более привлекательным для тех рабочих, солдат, крестьян и интеллигенции, кто пока что не был его сторонником. Поэтому он благоразумно отложил до поры до времени такие слова, как террор, «диктатура», «гражданская война» и «революционная война». Воздерживался он и от привычных проклятий в адрес христианских священников, раввинов и мулл, промышленников, помещиков и крестьянкулаков, либеральной, консервативной реакционной интеллигенции. Вместо этого Ленин делал особый, еще больший, чем в «Государстве и революции», акцент на революции снизу». В каждом своем выступлении он призывал массы» брать инициативу на себя и проявлять самодеятельность.